Акция Архив

"Северная звезда"-2019

"Северная звезда"-2019

Открыт прием рукописей на конкурс «Северная звезда»-2019

Литературная премия журнала "Север"

Литературная премия журнала "Север"

Лауреатами за 2018 год стали Сергей Галкин (г. Петрозаводск), Виктор Тумановский (г. Петрозаводск), Александр Логинов (г. Каргополь), Валерий Верхоглядов (г. Петрозаводск).


Позвоните нам
по телефону

− главный редактор, бухгалтерия

8 (814-2) 78-47-36

− факс

8 (814-2) 78-48-05

Free counters!

"Север" № 05-06, стр. 55

Я из тех, кто в себе не умрет...

Наталья ДОРОВСКАЯ, ПОЭЗИЯ


Наталья ДОРОВСКАЯ

г. Донецк

Доровская Наталья Николаевна родилась 22 июня1968г. в Донецке. Окончила филологический факультет Донецкого государственного университета.

Публиковалась в Литературно-художественном журнале Санкт-Петербургской организации союза писателей России, в журнале «Золотой век» (Киев), еженедельнике «Обзор» (США). В ноябре 2011 в издательстве «Любавич» (Санкт-Петербург) вышла первая книга стихов «Гостья. Полутона и интонации».

Живет и работает в Донецке.

В «Севере» публикуется впервые.

«Я из тех, кто в себе не умрет…»

 

ТАК ВЫШЛО

...А слезам – высыхать и жечься.

А глазам – не мигать от страха.

Проморгать на небесной гжели

Свято место – пустым... А телом

Не споткнись и не изувечься

Прирастанием праха к праху.

А душою... Да неужели

Не страшишься того, что сделал?

Как отпятился, будто вечер

От упрямой настольной лампы,

И отпрянул, как пряный ветер,

Вырвав ноздри внезапной вспышкой...

Вспоминание – зов на вече –

И... навечные щи да лапоть

В этой жизни на этом свете.

Так стряслось. Получилось. Вышло

Пышной свадьбой – полынью горькой –

Со двора по земле катиться,

Напоить небеса из горла

Пьяной правдой... Взлететь и мне бы

Выше гор и грозы над морем

И упасть тебе в ноги птицей –

Не весёлой, не злой, не гордой –

Просто птицей, убитой небом.

 

МОНЕТКА

Ну вот и заплачь... За плач

Последней моей монетой

Заплачено, и палач

Вот-вот и отправит лета

Взлелеянный урожай –

Лететь головой в корзину.

Не надо, не провожай,

Я знаю дорогу в зиму.

Но только заплачь. Солги.

Привычная нам работа –

Чужие платить долги.

И наши оплатит кто-то.

Такая у нас игра:

Свой грех – под чужую крышу...

Ну вот и заплачь. Пора.

Пока я еще услышу.

Пока я еще сама

Не нанята кем-то плакать

О том, что его зима

С корзиной стоит под плахой.

Монетку-то придержи,

Быть может, и накопится –

От надобы в чьей-то лжи

Когда-нибудь откупиться.

 

НЕ-МАДОННА

Что чувствует зачеркнутое слово?

В своем родстве погашенному свету –

Что чудом не причастно, чудом снова

Не названо, не призвано к ответу,

Что, измарав не смысл, но лишь бумагу –

Свободно и ни в чем не виновато!

И кто когда сказал, что это – благо –

Принять и понести от Духа Свята?

...Она подумает, а говорить не станет

О боли тела и о чести мужа.

И накрест грудь холстиной перетянет,

И побредет привычно стряпать ужин,

Отстирывать свой грех от полотенца

Слезами, чтобы досуха их выжать,

И выплеснуть с обмылками младенца,

И грех принять, и вытерпеть, и выжить.

И вымолчать о том, как керосином

Сгорает молоко её вселенной,

Что смерть ее единственного сына –

Мгновенная – суть легче постепенной.

...Упрека не измыслив и не бросив,

И не посмев иное кинуть семя,

Вздохнет всепонимающий Иосиф:

«Аминь! Она такая же, как все мы».

 

ОТМИРАЮТ МОИ КОРНЕВИЩА

Отмирают мои корневища,

Легкомыслия вянет листва.

Это почва берет свою пищу.

Это осень вступает в права.

Вот и зов улетающей стаи

Удивился, простился, затих...

Остаюсь я и в землю врастаю

Ради малых побегов своих.

 

ОСЛЕПШЕЕ СЕРДЦЕ

...А когда, истекая, слова

Обескровят уста и чело,

У тебя заболит голова...

У меня – ничего.

Ничьего

Не спрошу позволения – знать

Своё место из тысячи мест.

Есть судьба, подающая знак

Лишней лампой на сцене чудес.

Я увижу движенье руки –

Черно-белое сквозь пестроту –

Как неловко меняет факир

Шляпу с кроликом на пустоту.

Этот первый – последний глоток

Не забыть, не запить, не заесть...

Все теперь и не так, и не то,

И уже не со мной и не здесь.

И смакует отраву мой рот,

Но, спасаясь, не выплюнет лжи...

Я из тех, кто в себе не умрет,

До того, как закончится жизнь

И затянется солнце бельмом,

Облачаемое в облака...

И ослепшее сердце само

Разобьется.

Навеки. Слегка.

 

ГРЕХ

Подставляю лицо под пощечины мокрой листвы

И ни капли не каюсь в грехе возжеланья чужого.

Это жадное пламя коснется моей головы

И осыплется пеплом тоски. И не будет ожога,

И не будет совсем ничего, чтоб меня уличить,

Ни цветка, ни записки, ни шрама. Ни много, ни мало.

Лишь останется память – во всех поцелуях горчить.

Ничего не взяла. Ничего не взяла. Но желала.

 

***

...я знала один ветер,

который качал ветви,

который срывал листья

и тропы скрывал лисьи...

он знал о людской печали,

и тучи доил ночами,

и тех, кто желал обмана,

поил молоком тумана...

он гнезда ломал дерзко,

и плакал почти по-детски,

и крылья сминал и правил,

и прав был, не зная правил...

он волны дарил морю,

он счастье мешал с горем,

и просто иссяк устало...

и жизнь каменеть стала...

 

СОБАКИ И КОШКИ

Рядись, наряжайся...суди по одежке,

Хромай или шествуй, кричи или слушай –

Мы все понемногу собаки и кошки,

И звери, и твари, и чьи-нибудь души.

Давай по карманам рассовывать совесть –

Авось пригодится – горохом об стену...

Откуда в тебе эта мерзкая псовость

Порожнего брёха над преющим сеном?

Откуда во мне эта жалкая лживость –

Облизывать руку твою с кнутовищем,

Когда вымогает и гордость, и живость

Порвать тебе вены и взять тебя – пищей?

Откуда в нас вера, дробящая щебень,

В свою правоту и законность желаний?

В желанность и нужность твоих возвращений

И незаменимость моих ожиданий?

Откуда в нас эта безумная тяга

К мурлычущим звукам, прищуренным векам?..

Всё сбудется. Будет ли только во благо

Дичающим в нас человекам?

 

Назад